«Если ты действительно очень бедный музыкант, тогда ты в шоколаде»

06/11/2020

Берлинская пианистка Елизавета Блюмина — о парадоксах нынешней экстремальной ситуации.

Елизавета Блюмина — пианистка, известная пропагандистка творчества Вайнберга, руководительница Фестиваля камерной музыки в Гамбурге и с некоторых пор еще и художница — поделилась своими опасениями с Екатериной Бирюковой.

— В связи с массовым переходом концертной деятельности в онлайн она стала бесплатной. Что ты про это думаешь?

— Я против этого. Видео на две-три минуты — это может быть весело, мило, замечательно, это я приветствую. Но целые большие концерты — считаю, что это очень опасно. Люди могут привыкнуть к тому, что все бесплатно.

Я все-таки сама вышла из системы, где работать бесплатно было нормально. Моя мама Мара Медник, профессор в Гамбурге, очень долго не брала деньги за частные занятия — после ее жизни в Ленинграде и преподавания в Ленинградской консерватории. Она феноменальный концертмейстер, работала с Пергаменщиковым все его последние годы, ездила к нему в Берлин из Гамбурга. Официальная ее работа, конечно, оплачивалась, но все дополнительные репетиции или частные уроки она давала бесплатно. Я ей говорила, что в Германии совсем другая ментальность: если ты не берешь деньги, значит, твой труд не имеет ценности, ты не профессионал. Люди даже не испытывают к тебе благодарности. Но ей сложно было перестроиться.

Начинающие музыканты, надеясь, что их заметят, часто играют либо за копейки, либо вообще без денег. Например, все Lunch Concerts Берлинской филармонии (бесплатные для слушателей концерты в фойе, проходящие в обеденное время. — Ред.) — безгонорарные. Но, когда ты идешь в магазин, ты же не просишь бесплатно кусок сыра только потому, что просто хочешь его попробовать!

А сейчас нам всем говорят: давайте бесплатно устраивайте концерты в интернете. С одной стороны, это хорошо, потому что все изголодались по выступлениям. А с другой стороны, это полное безобразие. Я знаю очень многих музыкантов, у которых ситуация сейчас абсолютно кошмарная. У них нет никаких денег, но по каким-либо причинам они не могут «сесть» на социальную помощь.

— Однако еще в конце марта германское правительство объявило о быстрых и довольно значительных выплатах для поддержки людей искусства. В России о таком и не мечтают.

— Да, изначально политики нам сказали: вы нам очень нужны, культура нужна. И был великий жест — объявили, что свободным художникам, у которых нет постоянной зарплаты, выделяется помощь. Но не было закона, что она полагается всем, независимо от того, когда ты подал заявку. И очень многие опоздали и ничего не получили, деньги быстро закончились. Естественно, было много мошенников и шарлатанов, получивших эту помощь, иногда даже в пятикратном размере. А политики заговорили о том, что и представить себе не могли, как, оказывается, много этих «свободных художников».

Если ты действительно очень бедный музыкант, всю жизнь сидел на социальном пособии или мало зарабатывал и тебе, предположим, платили за квартиру, если тебе ничего не принадлежит — тогда ты в шоколаде. Ты продолжаешь получать социальную помощь, тебе оплачивают квартиру, твоя жизнь не меняется, и ничего плохого не происходит. Если же ты пытался всю дорогу что-то делать, зарабатывать, работал на куче работ и действительно вылез из этого состояния несчастного безработного, то тебя засовывают обратно и при этом говорят: мы тебе не будем помогать, если ты такой богатый. А что такое «богатый»? Например, у многих музыкантов очень дорогие инструменты. Это означает, что ты как бы богатый. Я купила сыну в кредит дорогой новый фагот. Теперь я не понимаю, как я должна его выплачивать. Мои гонорары, на которые я, естественно, заранее рассчитывала, пропали пока до сентября. Мой ноябрьский фестиваль в Гамбурге также повис в воздухе. Непонятно, будет он или нет, хотя залы, в том числе и в Эльбской филармонии, уже заказаны. Официально концерты сейчас планируются только на конец 2021-го — 2022 год.

— Наглядная иллюстрация тезиса Михаила Фихтенгольца о том, что больше всего в нынешней ситуации пострадает средний класс музыкантов.

— За последние годы статус фрилансера в Германии очень поднялся. Никто уже не воспринимал нас как бедных попрошаек. У нас появился такой же статус и нас стали воспринимать точно так же, как других музыкантов, у которых есть, например, штатное место в оркестре или профессура в Hochschule. А сейчас это резко меняется в обратную сторону…

— Возможно, этот кризис просто обострил уже имеющиеся проблемы?

— Да. Может быть, дело в том, что разница между гонораром звезды в 120 000 евро и гонораром молодого одаренного скрипача в 300 евро слишком большая. Или в том, что у кого-то есть одновременно несколько профессорских мест в разных концах света, студенты видят своего педагога один раз в семестр, но именно сейчас, когда одни не получают ни копейки, у других начисляется одновременно несколько зарплат.

— Как думаешь, когда откроют залы в Германии?

— У меня такое ощущение, что музыканты — это последнее, что интересует сейчас государство в Германии, несмотря на постоянные статьи на эту тему в главных газетах, на дискуссии и переговоры. На самом же деле всех гораздо больше волнуют мелкие предприниматели. Сантехник, если у него нет заказов, элементарно не сможет купить какую-нибудь водопроводную трубу. А если музыкант полгода посидит дома, от этого Германии хуже не станет — так думает правительство. К тому же слушатели классической музыки — это в основном люди после 50–60. То есть группа риска. Как я понимаю, концерты разрешат в последнюю очередь. Сейчас их пока интересует футбол. С 15 мая разрешили игры — естественно, на пустых стадионах. У нас в Берлине начинают открываться ресторанчики, еще раньше открылись магазины. Разрешили митинги за права человека. Потому что есть две противоборствующие стороны: одни считают, что мы должны сидеть дома, а другие — что если мы сидим дома, то нас ущемляют в правах. И демонстрации уже прошли в Берлине, Штутгарте, Мюнхене. В основном никаких дистанций, масок. Полный абсурд.

— Однако соседняя Австрия объявила, что с 1 июня постепенно разрешает концертную деятельность, даже есть надежда на то, что в каком-то виде состоится Зальцбургский фестиваль.

— Да, они умудрились очень быстро закрыть страну в начале эпидемии. В Австрии достаточно маленькая смертность — по сравнению с той же Германией. И они действительно сейчас постепенно начинают все открывать.

Думаю, у нас летом будут пытаться организовывать концерты на открытом воздухе. Не могу сказать, что за эти два месяца люди отвыкли ходить на концерты, но не уверена, что они на них побегут бегом. Еще обсуждается идея устраивать что-то подобное автокинотеатру. Музыкант играет на сцене, его игру транслируют на большой экран, а ты сидишь в своей машине и слушаешь. В безопасности.

Текст: Екатерина Бирюкова

Источник